Wood by Alice Munro. Part 3.
Watch on KineScope.
A day or so after the first snow, he is out in a bush looking at some girdled trees. He has a right to be there – he has already been talking to the farmer, whose name is Suter.
At the edge of this bush there is an illegal dump. People have been throwing their trash in this hidden spot rather than taking it to the township dump, whose open hours may not have suited them, or whose location may not have been so handy. Roy sees something moving there. A dog?
But then the figure straightens up and he sees that it is a man in a filthy coat. In fact it is Percy Marshall, poking around the dump to see what he can find. Sometimes in these places you used to be able to find valuable old crocks or bottles or even a copper boiler, but that is not so likely anymore. And Percy is not a knowledgeable scavenger anyway. He will just be on the lookout for anything he can use – though it is hard to see what that could be in this heap of plastic containers and torn screens and mattresses with the stuffing popped out.
Percy lives alone in one room at the back of an otherwise empty and boarded-up house at a crossroads a few miles from here. He walks the roads, walks along the creeks and through the town, talking to himself, sometimes playing the part of a half-wit vagabond and sometimes presenting himself as a shrewd local character. His life of malnutrition, dirt, and discomfort is his own choice. He has tried the County Home, but he couldn’t stand the routine and the company of so many other old people. Long ago he started out with a fairly good farm, but the life of a farmer was too monotonous – so he worked his way down through bootlegging, botched house-breaking, some spells in jail, and in the past decade or so he has worked his way up again, with the help of the old-age pension, to a certain protected status. He has even had his picture and a write-up in the local paper.
The Last of a Breed. Local Free Spirit Shares Stories and Insights .
He climbs out of the dump laboriously, as if he felt obliged to have a little conversation.
“You going to be taking them trees out?”
Roy says, “I might be.” He thinks Percy may be after a donation of firewood.
“Then you better hurry up,” Percy says.
“Why’s that?”
“All of this here is going under contract.”
Roy cannot but help gratifying him by asking what contract this might be. Percy is a gossip but not a liar. At least not about the things he is truly interested in, which are deals, inheritances, insurance, house break-ins, money matters of all sorts. It is a mistake to think that people who have never managed to get hold of money aren’t busy thinking about it. A surprise, this would be, to people who expect him to be a philosophical tramp, all wrapped up in memories of olden times. Though he can shoot off a little of that too when required.
“Heard about this fellow,” Percy says, drawing it out. “When I was in town. I don’t know. Seems this fellow runs a sawmill and he’s got a contract to the River Inn and he’s going to supply them all the wood they want for the winter. Cord a day. That’s what they burn. Cord a day.”
Roy says, “Where did you hear that?”
“Beer parlor. All right, I go in there now and again. I never have no more than a pint. And these fellows I don’t know who they were, but they weren’t drunk neither. Talking about where the bush was and it was this one all right. Suter’s bush.”
Roy had talked to the farmer just last week, and he had thought he had the deal pretty well sewed up, just to do the usual clean out.
“That’s a pile of wood,” he says easily.
“It is so.”
“If they mean to take it all they’d have to have a license.”
“You bet. Unless there’s something crooked,” said Percy with intense pleasure.
“None of my business. I got all the work I can handle.”
“I bet you do. All you can handle.”
All the way home Roy can’t keep himself from thinking about this story. He has sold some wood now and then to the River Inn. But now they must have decided to take on one steady supplier, and he is not the one.
He thinks about the problems of getting that much wood out now, when the snow has already started. The only thing you could do would be to pull the logs out into the open field, before the real winter got under way. You’d have to get them out as quickly as possible, make a big pile of them there, saw them, and chop them up later. And to get them out you’d need a bulldozer or at least a big tractor. You’d have to make a road in and pull them out with chains. You’d need a crew – there was no way this could be a one-or two-man operation. It would have to be done on a big scale.
So it wasn’t sounding like a part-time enterprise, the kind he carried on himself. It could be a big outfit, somebody from out of the county altogether.
Eliot Suter had not given any hint of this offer when Roy was talking to him. But it is quite possible that an approach was made to him later and he decided to forget the casual sort of arrangement that had been put forward by Roy. Decided to let the bulldozer go in.
During the evening Roy thinks of phoning up and asking what is going on. But then he thinks that if the farmer has indeed changed his mind there is nothing to be done. A spoken agreement is nothing to hold to. The man could just tell him to clear off.
The best thing for Roy to do might be just to act as if he has never heard Percy’s story, never heard about any other fellow – just go in and take what trees he can as quickly as he can, before the bulldozer gets there.
Of course there is always a possibility that Percy may have been mistaken about the whole thing. He isn’t likely to have made it up just to bother Roy, but he could have got it twisted.
Yet the more Roy thinks about it the more he comes to discount this possibility. He just keeps seeing in his mind the bulldozer and the chained logs, the great log piles out in the field, the men with chain saws. That is the way they do things nowadays. Wholesale.
Part of the reason the story has made such an impact is that he has a dislike for the River Inn, which is a resort hotel on the Peregrine River. It is built on the remains of an old mill not far from the crossroads where Percy Marshall lives. In fact the inn owns the land Percy lives on and the house he lives in. There was a plan to tear the house down, but it turned out that the inn’s guests, having nothing much to do, like to walk down the road and take pictures of this derelict building and the old harrow and upturned wagon beside it, and the useless pump, and Percy, when he allows himself to be photographed. Some guests do sketches. They come from as far away as Ottawa and Montreal and no doubt think of themselves as being in the backwoods.
Local people go to the inn for a special lunch or dinner. Lea went once, with the dentist and his wife and the hygienist and her husband. Roy would not go. He said that he didn’t want to eat a meal that cost an arm and a leg, even when somebody else was paying. But he is not altogether sure what it is that he has against the inn. He is not exactly opposed to the idea of people spending money in the hope of enjoying themselves, or against the idea of other people making money out of the people who want to spend it. It is true that the antiques at the inn have been restored and reupholstered by craftsmen other than himself – people not from around here at all – but if he had been asked to do them he would probably have refused, saying he had more than enough work to do already. When Lea asked him what he thought was the matter with the inn, the only thing he could think of to say was that when Diane had applied for a job there, as a waitress, they had turned her down, saying that she was overweight.
“Well, she was,” said Lea. “She is. She says so herself.”
True. But Roy still thinks of those people as snobs. Grabbers and snobs. They are putting up new buildings supposed to be like an old-time store and an old-time opera house, just for show. They burn wood for show. A cord a day. So now some operator with a bulldozer will be levelling the bush as if it was a cornfield. This is just the sort of high-handed scheme you would expect, the kind of pillage you might know they would get up to.
He tells Lea the story he has heard. He still tells her things – it’s a habit – but he is so used to her now not paying any real attention that he hardly notices whether there is an answer or not. This time she echoes what he himself has said.
“Never mind. You’ve got enough to do anyway.”
That’s what he would have expected, whether she was well or not. Missing the point. But isn’t that what wives do – and husbands probably the same – around fifty percent of the time?
Через день после того, как выпал первый снег, Рой бродит по лесному участку фермера Элиота Сатера: смотрит деревья, с которых сняты кольца коры. Он ходит здесь на вполне законных основаниях, потому что договорился с владельцем.
На краю участка расположилась незаконная свалка. Тут выбрасывают мусор те, кто не хочет везти его на городскую свалку: одним неудобны часы ее работы, другие ленятся далеко ехать. Рой замечает на этой помойке какое-то движение. Собака, что ли?
Но вот движущаяся фигура распрямляется, и становится различим человек в грязной куртке. Ага, это Перси Маршалл ищет, чем бы поживиться. Раньше здесь можно было отыскать вполне годный старый котелок или даже медный чайник, но сейчас-то вряд ли. Да и Перси не то чтобы постоянно тут копается, добывая товар на продажу. Просто смотрит, не попадется ли полезная вещь. А что тут найдешь? Пластмассовые канистры, рваные оконные сетки да матрасы с вылезшей наружу ватой.
Перси живет один, захватив комнату в пустом заколоченном доме на перекрестке двух дорог в нескольких милях отсюда. Болтается повсюду – по дорогам, в оврагах и по городским улицам тоже расхаживает. Что-то бормочет, разговаривает сам с собой, а с людьми изображает то полоумного бродягу, то местного всезнайку. Питается чем попало, живет в грязи, без удобств, но это он сам так захотел. Его пытались поместить в окружную богадельню, но ему быстро надоела тамошняя жизнь: все по звонку, и кругом одни старики. Когда-то очень давно у Перси была неплохая ферма, но крестьянская жизнь показалась ему слишком однообразной. Поэтому он занялся сначала бутлегерством, а потом кражами со взломом – совсем неумелыми, надо сказать, – и отсидел несколько сроков. В последние лет десять Перси бросил пить, получил пенсию по старости и снова стал как бы полноправным членом общества. В местной газете была даже о нем статья, с интервью и фотографией, – «ПОСЛЕДНИЙ В СВОЕМ РОДЕ. НАШ „ВОЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК“ – О СВОЕЙ ЖИЗНИ И ВЗГЛЯДАХ».
Перси выбирается из помойки и с деловым видом направляется к Рою. Должно быть, хочет что-то рассказать.
– Что, за дровами собрался?
– Может, и за дровами.
Рой отвечает осторожно: как бы Перси не попросил у него дров.
– Ну тогда поторопись! – объявляет вдруг «вольный человек».
– Это еще почему?
– А потому, что на весь этот лес теперь подписан контракт.
Рою ничего не остается, как спросить: какой еще контракт? Перси, конечно, болтун, но не лжец. По крайней мере он не лжет о том, что его действительно интересует: разные сделки, наследства, страховки, ограбления домов. Вообще дела, связанные с деньгами. Зря люди думают, что те, у кого деньги в руках не держатся, про них никогда не думают. Тот, кто считает Перси бродячим философом и бессребреником, который только вздыхает о былом, очень удивился бы, послушав его. Хотя, если понадобится, он прикинется ненадолго и философом.
– Тут слушок прошел, – тянет резину Перси. – Про одного парня. В городе слышал. Ну, не знаю, правда ли. В общем, у этого парня лесопилка, и он подписал контракт с гостиницей, с «Ривер-инн». Будет поставлять им дрова всю зиму. По корду {82}в день. Во сколько жгут! По корду в день!
– Кто тебе сказал? – спрашивает Рой.
– В пивной слышал. Ну да, захожу иногда пропустить кружечку, а что? Я же не больше одной! Короче, там сидели какие-то ребята, незнакомые. Но не пьяные, как и я. Болтали насчет леса – вот этого самого. Который Сатера.
Рой говорил с фермером всего неделю назад, и они вроде бы все обговорили, вплоть до зачистки участка.
– Да, участок большой, – кивает Рой.
– А то!
– Если они хотят свести здесь весь лес, им нужно разрешение.
– А то! Иначе будет незаконно, – кивает в свою очередь Перси.
Ему этот разговор доставляет большое удовольствие.
– Ну ладно, не мое дело, – заключает Рой. – Мне бы со своей работой справиться.
– Справишься, не сомневайся.
По пути домой Рой только и думает что об этой истории. Ему приходилось пару раз продавать дрова в «Ривер-инн». Но теперь они, должно быть, решили обзавестись постоянным поставщиком. И выбрали не его.
Он думает о том, как можно вывезти такое количество леса сейчас, когда уже выпал снег и скоро наступят морозы. Только одно остается: оттащить бревна на открытое поле прежде, чем начнется настоящая зима. Вытаскивать поскорей и сваливать как придется, а пилить и колоть уже потом. Но чтобы их вывезти, нужен бульдозер или, по крайней мере, большой трактор. Надо прорубить просеку, а потом вытаскивать на цепях. И одному человеку с этим не справиться, даже двоим, понадобится команда. Короче, большое дело.
Значит, кто-то этим занимается всерьез, не по-любительски, как он сам. Крупное дело. Видимо, кто-то не из нашего округа, тут таких нет.
Почему же Элиот Сатер даже и не намекнул ни на что подобное, когда говорил с Роем? Наверное, ему позже сделали предложение. И он решил, что можно забыть о Рое. Пусть лучше бульдозер поработает.
Весь вечер Рой думает: может, позвонить Сатеру и спросить, что за дела? Но раз тот уже принял решение, так чего ж звонить? Устная договоренность – ничто. Сатер просто пошлет его подальше.
Лучше всего вот что: сделать вид, что он не встречал Перси и ничего не слышал про этот контракт. И действовать, как намеревался: поехать в лес и нарубить столько дров, сколько успеет, пока не пришел бульдозер.
А может, Перси что-то напутал? Вряд ли он выдумал всю эту историю, чтобы напугать Роя, но перепутать что-нибудь мог запросто.
Однако чем больше Рой думает об этом деле, тем больше верит словам Перси. Он прямо видит всю картину: и бульдозер, и обмотанные цепями деревья, и целую кучу бревен на поле, и рабочих с бензопилами. Да, так сейчас дела и делаются. Оптом, по-крупному.
История еще потому так неприятна, что Рою никогда не нравился «Ривер-инн» – курортный отель на берегу реки Перегрин. Его построили на месте старой мельницы, неподалеку от перекрестка, где стоит дом, занятый Перси Маршаллом. На самом деле земля под этим домом принадлежит отелю, да и сам дом тоже. Хибару хотели снести, но выяснилось, что постояльцам гостиницы, бездельникам, нравится прогуливаться по дороге и фотографировать живописные руины, а также валяющуюся там старую борону, перевернутую телегу, водокачку и самого Перси, когда он позволяет туристам себя снимать. Некоторые даже рисуют все это. Приезжают сюда из Оттавы и Монреаля и налюбоваться не могут – ах, настоящая лесная глушь!
Местные ходят в гостиницу только на праздничный обед или ужин. Леа была там как-то раз с дантистом и его женой и еще с женщиной-гигиенистом и ее мужем. Роя тоже звали, но он не пошел. Сказал, что ему за такие деньги кусок в горло не полезет, даже если заплатит кто-то другой. Но если честно, то настоящая причина неприязни Роя к отелю «Ривер-инн» заключается совсем не в этом. Вообще-то, он не против того, чтобы люди тратили деньги в свое удовольствие. И не возражает, чтобы кто-то зарабатывал на желающих их выбросить. А вот реставрацией и обивкой старой мебели в гостинице занимался не он, Рой, а другие мастера, не местные. Правда, если бы его пригласили, то он бы, скорее всего, отказался, – мол, и так работы невпроворот. Когда Леа спросила, как ему этот отель, он ответил только, что Диана пыталась туда устроиться официанткой, а ей отказали. Мол, слишком толстая.
– Но это же правда, – заметила Леа. – Толстая. Она и сама так говорит.
Правда, да. Но Рой все равно считает, что они снобы. Снобы и хапуги. Строят новые дома, выглядящие как старые особняки или оперные театры, просто чтобы пустить приезжим пыль в глаза. И дрова жгут для того же самого. По корду в день. Значит, скоро какой-то деятель будет утюжить лес на бульдозере, словно кукурузное поле. А чего еще ждать от этих снобов, кроме разорения?
Рой передает жене услышанное от Перси. Он все еще рассказывает ей обо всем, просто по привычке, хотя заранее знает, что та не поймет. Рой даже перестал замечать, отвечает ему Леа или нет. На этот раз она отзывается, но как эхо – повторяя то, что он сказал:
– Ну ничего. Работы все равно хватает.
Так он и думал: хорошо она себя чувствует или нет, а главного не улавливает. Но разве не так обычно и бывает с женами? И с мужьями тоже? По крайней мере в половине случаев именно так и бывает.